В день равной оплаты труда рассказываем больше о дискриминации в трудовой сфере и приводим в пример реальные истории квир-людей, столкнувшихся с несправедливостью на работе.
Работа без договора, неоплачиваемые переработки, непрозрачность зарплат — все это формы трудовой дискриминации, которые существуют во всех странах мира и до сих пор являются источником уязвимости для многих людей.
18 сентября ООН называет Днем равной оплаты труда. Эта дата напоминает: гендерный разрыв в заработной плате продолжает существовать, и ни одна страна мира не достигла полного экономического равенства между мужчинами и женщинами.
Более того, экономический разрыв становится еще больше, если женщина также:
- имеет опыт миграции;
- принадлежит к расиализированной этнической группе;
- имеет детей;
- живет с инвалидностью.
У тех, кто чаще выполняет гендеризированный или так называемый «труд заботы» — работу, традиционно связываемую с «женскими обязанностями», — экономический разрыв оказывается еще более значительным. Ведь помимо обычной работы они тратят время на неоплачиваемый труд: домашние дела, уход за детьми и пожилыми людьми, планирование семейных финансов. UN Women сделали калькулятор, позволяющий рассчитать, сколько лет жизни уходит на так называемую «вторую смену» (у авторки этого текста получилось 11 лет).
Может ли квир-идентичность влиять на равную оплату труда? Пока исследований об этом в российском контексте мало, но американские ученые утверждают, что да: квир-женщины также сталкиваются с дополнительными барьерами и дискриминацией.
На основе докладов ЛГБТ+ правозащитных организаций в России можно предположить, что квир-женщины в условиях репрессивных законов и укрепляющегося патриархата будут и дальше сталкиваться с дискриминацией на рабочем месте, включая ограниченные карьерные возможности и давление со стороны работодателей. «Сфера» поговорила с несколькими ЛГБТ+ женщинами об их опыте на работе.
Вероника, промышленная дизайнерка, трансгендерная женщина
— Не так давно, в этом году, я совершила социальный и фармакологический переход. Раньше я работала в офисах, потом на гибриде, сейчас — полностью удаленно. Это [места работы] были разные компании — начиная от профильных промдизайнерских контор и заканчивая компаниями, которые занимаются дизайном выставочных стендов и их застройкой.
Я удаленно устроилась в компанию, работала в отделе особых проектов: когда нужны невероятные образцы дизайна, креатива, а не массовый подход к стендам. У нас был креативный отдел: мы строили совместные планы, оформляли себя как отдельную компанию, нанимали людей. В какой-то момент я начала ощущать напряжение в процессах: начальник уходил на задний план всех коммерческих дел. Я спросила, все ли в порядке, он отвечал, что поводов для переживаний нет. И я не искала другую работу.
Вскоре состоялся созвон, на котором начальник сказал: отдел сокращают, мы ожидаем, что вы напишете заявление на увольнение по собственному желанию. В этот же день — так совпало — меня госпитализируют в больницу и оперируют. И я думаю: а какого черта мы пишем заявление по собственному желанию? Я решаю, что объявлю войну этой компании, чтобы продлить время, сколько мне будут платить [зарплату]. Очевидно, что они не хотели соблюдать протокол увольнения.
Я написала очень серьезное письмо, в котором указала: у меня пять лапароскопических дырок в животе, денег не накоплено, вы меня ввели в заблуждение, когда сказали, что у компании все окей. Либо вы даете мне то, что положено в таких ситуациях, либо я вас потащу с собой — напишу в трудовую инспекцию, налоговую.
В итоге мы договорились, что я буду еще кое-что делать по дизайну и параллельно искать работу. Это продлилось два месяца — мне как раз хватило, чтобы найти новую работу. Спустя время оказалось, что эти ребята так вели дела, что они влетели [в проблемы] по налогам даже без моей помощи. Я рада, что решила за себя постоять.
В следующей компании, когда с испытательного срока меня перевели на полноценный трудовой контракт, у меня в жизни произошло очень тяжелое событие. Последние 14 лет я была в отношениях с партнеркой — но она поставила точку в наших отношениях. Это было очень болезненно и отразилось на скорости моей работы, на удержании фокуса.
В этот момент меня уже помещали в ситуации, где меня вынуждали соглашаться отработать ночь или работать без выходных. Я о личной ситуации сказала, но ничего не просила — лишь сказала, что очень стараюсь пройти этот период. Мне не предложили отпуск за свой счет, ничего.
В итоге я не пропустила ни одного дедлайна, но менеджерка сказала, что у меня на 30% упала скорость и качество работы. Эти 30% временной потери компания посчитала невозможной терпеть, хотя в начале у нас выстраивались очень хорошие отношения. Меня попросили написать заявление об увольнении по собственному желанию. На мой взгляд, это бесчеловечно.
Сейчас я безработная, сил и амбиций на поиск новой работы не чувствую. Наверное, я советовала бы [людям в похожих ситуациях] не оставаться одним — иметь комьюнити, которое поможет определить, где границы правильного и неправильного и как понять, что с вами обращаются не так, как вы заслуживаете. Иногда в ситуациях, когда мы жертвы, мы привыкаем к плохому отношению, оно становится частью нормы — так быть не должно.
Лина (имя изменено), квир-женщина
— Я впервые устроилась на официальную работу на третьем курсе университета: были летние каникулы, и мне хотелось не проходить бесплатную стажировку, а получать какие-то реальные навыки и зарплату за свою работу. Моя карьера началась в довольно крупном пиар-агентстве: за чуть меньше 25 тысяч рублей в месяц я сидела в офисе 9-10 часов, работая даже в свой обед. Мои переработки вообще никак не комментировали — это было нечто само собой разумеющееся. Работа была монотонной и дурацкой, при этом на ней строилась эффективность всего отдела, а начальники, конечно, получали намного больше.
После двух месяцев работы летом пришла пора возвращаться на учебу, и я пошла увольняться, как и планировала. Мне сказали, что я должна отработать еще минимум две недели — как я потом узнала, это не так, так как я была в тот момент на испытательном сроке и могла подать заявление всего за три дня. В итоге из-за давления я поработала еще недели три. С тех пор я стала умнее и ценю свой труд больше, не соглашаюсь на такие условия и внимательно читаю договора и другие источники информации о трудовом праве.
Узнать больше:
- Лекция от проекта AntiJob «Как защитить трудовые права — быстро, без страха и с пониманием того, как устроена система?» на GenQ Pride;
- «Невидимые работники: ЛГБТ+ люди, рабочее движение и трудовые права», материал «Сферы» и «Антиджоб».
